Новости

Сигналы

0 80

Впервые на русском языке! Четыре семьи. Женщины и дети, убитые теми, кто должны были их защищать. И защищали, пока однажды не взяли в руки оружие. Малдер и Скалли отправляются в Аризону, чтобы понять, что на самом деле стоит за массовыми убийствами в одном тихом городке…

Новое, ранее неизвестное, дело Малдера и Скалли входит в официальную антологию рассказов «Секретные материалы: Тайные намерения» (The X-Files: Secret Agendas), которая не была издана в России.

Авторы: Маршейла Роквелл и Джеффри Дж. Мариотт

Перевод: Ольга Шаброва

Скачать рассказ:


Долина Сульфур Спрингс, Аризона

19 апреля 1996, 8:23

Шерифа звали Мика Гудрич. Ему был уже почти полтинник, и его внешность беззастенчиво выдавала этот факт. Четыре месяца назад его переизбрали со смешным преимуществом в несколько голосов – он справедливо полагал, что в последний раз. Наверное, он и сам больше не согласится. Мир вокруг меняется всё стремительней и стремительней. Пограничный округ в последнее время был больше границей, чем округом. Большинство преступлений было так или иначе связано с наркотой, а большая часть наркоты прилетала именно из-за границы. Даже почти весь мет был оттуда. А стоило только упомянуть слово “граница” в городском совете – и политиканы сразу принимались тарахтеть об экономике и лесозаготовках, перекрикивая друг друга и швыряясь бесполезными фактами.

Он устал от всего этого. Устал от политики, преступлений, наркоты…

Устал от смерти.

И тем не менее он сидит за рулём своего рабочего внедорожника и едет туда, где ему снова предстоит с ней столкнуться.

Гадкая, но чертовски привлекательная мысль пришла ему в голову: если бы Киферы жили где-нибудь в соседнем городе… Тогда не ему, а какому-то другому копу пришлось бы разгребать весь этот кошмар.

То же самое относилось и к Доменикам, и к Берналам, и к Хоранам.

Пятеро в семье Бернал. Четверо у Домеников. Хоранов – семеро, включая самую младшую. Ей едва исполнилось три месяца…

Чудовищные потери.

И если Эдди Родригес сказал правду – а он вряд ли стал бы врать – значит, теперь к ним прибавились ещё четверо.

Эдди утром заехал за Бадом Кифером в своём разбитом пикапе. Этот пикап выглядел так, будто его привезли из Японии прямиком по дну Тихого океана и познакомили там по пути с парочкой акул, китов, а может, и гигантским кальмаром…

Эдди с Бадом всегда ездили вместе на работу, на кооперативную гидроэлектростанцию за Уилкоксом. Эдди был линейным монтёром, Бад – котельщиком. Он как-то однажды объяснял шерифу устройство паровоздушных котлов, пересыпая рассказ жаргонными словечками, понятными только тем, кто вкалывает на чёртовой электростанции – но никак не служителю закона. После того разговора Мика зарёкся задавать Баду профессиональные вопросы.

Эдди позвонил в 911. Диспетчер Джози начала принимать сообщение, но быстро вспомнила, о чём её просил шериф, и соединила Эдди напрямую с его офисом. Мика едва смог понять звонившего: акцент у Эдди был почти незаметный, но парень так отчаянно кричал и рыдал в трубку, что шериф даже не пытался задавать вопросы обезумевшему латиносу.

Но суть рассказа он всё-таки смог уловить: Эдди подъехал к участку Киферов (сорок акров в десятке миль от ближайшего города) и начал сигналить клаксоном. Обычно Бад уже выходил к этому времени, но сегодня его не было видно ни на крыльце, ни у ворот. Немного подождав, Эдди пошёл к дому, и уже возле двери услышал выстрел. Когда он ворвался в дом, мозги Бада Кифера всё ещё сползали по окровавленной стене над его трупом.

Эдди, конечно, описывал всё это другими словами, но Мика по-своему представил ситуацию, и уже не смог отделаться от этой мысленной картины.

Эдди сказал – все Киферы мертвы. Мика должен был поступить по инструкции: включить мигалку, сирену, вызвать медиков… Но он сам хотел увидеть место преступления до того, как понаедут коронеры или ещё кто-нибудь – и натопчут своих следов вдобавок к следам Эдди. Он хотел побыть несколько минут наедине с людьми, которых он знал и ценил, прежде чем они окончательно превратятся из его друзей в протокольные “тела”.

И если он увидит там то, что с горем пополам описал Эдди, а именно – Джилл, Тёрнера и маленькую семилетнюю Кэти, убитых Бадом, который после застрелился – то слава Создателю, что шериф решил вызвать федералов себе на подмогу. Членам городского совета это не понравится – но тем хуже для них. В конце концов, их карьера точно так же зависит от простых горожан, как и его собственная. Совет не может его уволить, даже если захочет.

Четыре семьи за три недели. Убитые отцами и мужьями, которые после покончили с собой. Такое запросто могло бы произойти в округе размером с Род-Айленд и Коннектикут вместе взятые… Но не на клочке земли, чьё население уместится на паре футбольных стадионов. И все жертвы жили далеко друг от друга, на разных концах округа. По большей части – фермеры, или просто такие любители природы, как Бад и Джилл: живущие на отшибе, предпочитающие уединение благам цивилизации.

Четыре семейства. Женщины и дети, убитые тем, кто должен был их защищать. И защищал – всегда, до этого кошмарного дня.

Всё-таки чертовски правильное решение – привлечь к делу ФБР! Только дурак будет в одиночку разгребать проблемы, которые ему явно не по зубам.

Мика Гудрич был старым, медлительным и упрямым как осёл.

Но дураком он не был.

*  *  *

Долина Сульфур Спрингс, Аризона

23 апреля 1996, 9:16

Мика встретил федералов в Бисби Дуглас – крошечном аэропорту, который гордо именовался “международным” только из-за того, что в расписании была пара мелких рейсов через ближайшую мексиканскую границу.

Теперь он вёз агентов на своём внедорожнике к месту последней кровавой бойни, и мельком наблюдал за ними в зеркало заднего вида.

Они выглядели не так, как он ожидал. Да, они оба были в чёрных костюмах, как и положено федералам – такая типичная “столичная” униформа. Но рыжеволосая женщина скорее напоминала строгую библиотекаршу, чем служителя закона, а парень был похож на бывшего хиппи, который пытается остепениться. Его мятая рубашка почти полностью вылезала из брюк, а волосы сильно скучали по расчёске. Судя по кислому выражению лица рыжеволосой, она знала наперёд, о чём будет говорить её напарник, и была не особенно этому рада.

– …И это совсем не похоже на культовый обряд, Малдер, – говорила она раздражённым тоном. – Единственная в этом округе религиозная община, которая могла бы сойти за культ – это Сантерия. Но у них нет человеческих жертвоприношений!

– Это не я сказал про культ, а шериф Гудрич! – запротестовал Малдер. – Я думаю, он лучше нас с тобой знает религиозные общины этого округа.

В зеркале заднего вида мелькнул взгляд Малдера – горящий, нетерпеливый.

Мика вздохнул. На самом деле он не считал, что это культ. Просто он знал: услышав это слово, федералы точно примчатся сюда на всех парах.

– Я бы не стал рубить сплеча, – осторожно сказал он, избегая взгляда агента. – Эта версия ничем не подтверждается.

Разочарование федерала можно было ощутить даже спиной.

– Понятно, – отозвался тот с оттенком какой-то детской обиды в голосе.

– Слушайте, я вообще понятия не имею, что происходит! Нормальные здоровые парни вдруг хрен знает из-за чего устраивают дома резню и убивают всех до единого! Да, на границе иногда происходят странные вещи – такие, по сравнению с которыми кровавый культ покажется ерундой, – шериф снова поймал в зеркале заинтересованный взгляд Малдера, – но нынешняя чертовщина с ними и рядом не стояла. Ни в одной из этих семей не было случаев насилия. Никаких причин для того, чтобы порешить всю семью и наложить на себя руки – ни у кого из этих парней. И это уже четвёртый случай за два месяца! Если случится пятый, меня погонят в шею с моего поста…

Не такая уж и плохая перспектива, подумал он. Он был бы счастлив сдать свой значок, если бы это означало никогда больше не входить в залитую кровью гостиную. Никогда больше не видеть лежащих там мёртвых людей – детей! – которых он лично хорошо знал. Такие ужасы в порядке вещей в больших городах, но не здесь, в сонном мелком округе Кочис.

– Наркотики? – спросила женщина. Она явно с большим энтузиазмом восприняла версию “скорее-всего-не-культа”, и в свою очередь вопросительно уставилась на Мику через зеркало заднего вида. Цепкая дамочка, подумал шериф, ловя острый взгляд зелёных глаз. Как раз то что надо.

– Не очень похоже, – он пожал плечами. – земельные участки убитых семей находятся далеко от контрабандных маршрутов. Нелегалы – тоже вряд ли: на ранчо Киферов всегда была вода и одежда для нуждающихся, да и остальные тоже не отказались бы помочь голодным и бездомным… Здесь не принято поворачиваться к людям спиной.

– Может, кто-то захотел злоупотребить их щедростью? – спросила Скалли.

Мика свернул с асфальтовой дороги на грунтовку, ведущую к дому Киферов, и покачал головой.

– Насколько мы можем судить, из домов ничего не пропало. Да и брать-то особо нечего: элитных особняков тут нет, обыкновенные фермерские хозяйства… И кроме того, – добавил он, объезжая здоровенную выбоину, – это не объясняет, почему отцы семейств покончили с собой.

– Инсценировка? – голос Малдера прозвучал прямо над ухом у шерифа, заставив того вздрогнуть. Агент успел отстегнуть ремень безопасности и перебраться на середину сиденья, оттеснив напарницу к двери и внимательно глядя на дом, к которому они ехали.

– Если и так, то очень хорошая.

Вообще-то признаки инсценировки никто и не искал. Трудновато обращать внимание на то, как расставлена мебель, когда выскакиваешь на задний двор, чтобы проблеваться. Или сдерживаешься, чтобы не зареветь как ребёнок от мысли, что тебе предстоит сообщить соседской семилетней малышке о смерти её лучшего друга. Но даже без проверки шериф был уверен, что никакой постановкой здесь и не пахнет, и федералы наверняка с ним согласятся. Эдди ворвался в дом Киферов сразу же, как только услышал выстрел. Не так уж много времени было на то, чтобы расставить декорации…

– Это место преступления самое свежее? – спросила Скалли.

Мика поёжился. Ну и словечки! Будто продукты выбирает…

– Да, это самое последнее, – если женщина и заметила раздражение в его голосе, она не подала виду. – Туда никто не заходил, кроме соседа – Эдди Родригеса, меня и бригады окружного коронера.

– И только-то? Что ж, нам повезло! – саркастический тон Скалли не ускользнул от внимания шерифа.

– Мы сняли отпечатки с подошв Эдди, и даже изъяли его ботинки на всякий случай…

Эдди был недоволен, когда у него отняли обувь. Это были его рабочие ботинки, фирменные, и достаточно дорогие.

– …а остальные ребята не топтались где не надо.

По крайней мере, старались. Кое-где всё-таки пришлось наступить на кровь, чтобы убрать тела. Мика не мог оставить их лежать там до приезда федералов, даже если бы агенты пообещали приехать моментально. Дело было не только в жаре и насекомых, которые могли нанести непоправимый ущерб и разрушить улики. Это был вопрос уважения к семье. Шерифа с убитыми не связывали кровные узы (Киферы когда-то приехали сюда из Калифорнии), но другая, особая связь объединяла всех здешних жителей: в диком захолустье, где господствует природа, каждый полагается на соседа как на самого себя. Муссонные дожди с наводнениями, лесные пожары, болезни, преждевременные домашние роды – любое пережитое происшествие укрепляло в шерифе чувство ответственности за этих людей, его людей. И теперь они погибли практически на его глазах… Он не смог их защитить, когда они были живы, и чертовски хотел сделать это хотя бы теперь, чтобы сохранить покой мёртвых.

– Сделали кучу фотографий, кстати, – продолжил он. – Как раз сегодня утром напечатали.

Он похлопал ладонью по пухлому конверту на соседнем сиденье.

– Здесь есть всё, чтобы восстановить сцену преступления до мелочей.

– Не всё… – отозвался Малдер.

Мика нахмурился.

– Что вы имеете в виду? – начал он, готовясь защищать свою позицию и своих людей. Они сделали всё, что могли, выложились на полную, и он знал, что его ребята сработали лучше, чем специалисты многих других подразделений в такой ситуации.

– Я не обвиняю вас, шериф. Фотографии могут быть очень качественными – а я уверен, они такие и есть, – но на них всё равно не будет главного…

– Чего именно? – любопытство шерифа взяло верх над уязвлённой профессиональной гордостью.

Тон Малдера стал жёстким.

– Того, что превратило этих людей в убийц.

*  *  *

Дом Киферов

10:47

В обстановке не было ничего особенного. Дом достаточно чистый – по крайней мере, был таким до происшествия. Джилл всегда была хорошей хозяйкой, несмотря на вечные проблемы загородных домов: грязь с обуви, насекомые, дорожная пыль всегда находили способ пробраться внутрь. Сам этот дом был привезён откуда-то на грузовиках по частям и собран здесь; мебель Киферы привезли из Калифорнии. Белые стены были украшены семейными фото и постерами в рамках.

Первые несколько минут Малдер просто осматривался вокруг, задумчиво поджав губы. Наверное, как любой следователь, делил мысленно комнату на квадранты и изучал их один за другим…

– Я не вижу ни одного предмета, связанного с религией, – сказал он наконец. – Я думал, здесь много католиков.

– Много латиносов, много католиков, – согласился Мика. – Но я не знаю, были ли Киферы религиозными людьми. Никогда не видел их ни в одной из церквей.

– А другие семьи? – в голосе Малдера послышалась надежда. Как будто приверженность убитых какой-то религии могла привести обратно к его любимой теме культа.

– Берналы были католиками. Доменики посещали Епископальную церковь в городе, а Хораны были м…

– Мормонами? – нетерпеливо перебил агент.

– Методистами.

– А-а… Понятно, спасибо…

И снова эта обиженная гримаса!

– Можно взглянуть на фотографии? – отвлекла шерифа Скалли.

Мика предвидел эту просьбу и захватил конверт с собой.

– Здесь фото всех домов, где произошли убийства, – сказал он, протягивая его Скалли. – Каждый набор в своей отдельной пачке.

Она отнесла конверт на стол, подальше от следов крови, пропитавшей ковры и стены, и разложила на нём фотографии из дома Киферов. Мика смотрел, как она проглядывала одно фото за другим, опершись на стол. Несколько раз она поднимала взгляд, видимо сравнивая какие-то запечатлённые детали с реальным видом комнаты.

– Что-нибудь нашла? – поинтересовался у неё Малдер.

– Пока не знаю.

– Окей.

Он прошёл дальше по коридору, заглядывая в другие комнаты. Скалли осталась у стола. Она вытряхнула из конверта фотографии с остальных мест преступления и выложила каждый набор в отдельный ряд. Мике показалось, что она пытается запомнить все эти фото, настолько пристально она в них вглядывалась.

Наконец она выпрямилась:

– Шериф, на фото телевизор включен, – она указала на приземистую тумбу, где блестел чёрным экраном большой “Самсунг”. – Вы не…

– Мы не трогали ничего, пока всё не засняли. Телевизор был включен, когда я приехал сюда и нашёл Киферов… Потом, когда мы закончили, я выключил его. Подумал, что счёт за электричество теперь некому выставлять, так и нечего его тратить…

– Вы помните, какой канал был включен?

– Боюсь, что нет. Но если мы сейчас его включим, думаю, узнаем.

– Пожалуйста, сделайте это.

Мика пожал плечами и направился к телевизору. Он не шибко много знал о федералах, но, судя по слухам, слово “пожалуйста” было редким в их лексиконе…

Пульт от телевизора валялся на полу рядом с телом Бада, когда шериф приехал сюда в тот день. Позже, когда бригада коронера уехала, Мика выключил телевизор и положил пульт на его обычное место на тумбе. Надо было бы, пожалуй, снять с него отпечатки, прежде чем это делать; но шериф действовал автоматически, и плохо соображал от шока.

Телевизор разогревался почти целую минуту. Когда на экране наконец появилась картинка, Мика кивнул головой:

– Это тринадцатый канал, местный, не кабельный. У меня он дома есть.

Скалли ткнула пальцем по очереди в три фотографии из разных рядов.

– Во всех остальных домах телевизоры тоже были включены. Там был тот же самый канал?

Малдер прервал их разговор, появившись из коридора:

– В других комнатах ничего необычного. Если не считать того, что в хозяйской спальне на полу расстелен матрас с простынёй и подушкой.

– Ну, у Бада и Джилл были кое-какие…проблемы в отношениях, – осторожно заметил шериф.

– Проблемы в отношениях? – огорошенно переспросил Малдер. Шерифу показалось, что агент даже слегка разочарован. – И как часто случались эти проблемы?

– Я не думаю, что причина в этом, агент. Если верить Эдди, серьёзных размолвок у Бада с женой не было. К тому же, если бы они сильно поссорились, он бы спал на диване, а не в их общей спальне на полу… И, кстати, в других семьях ничего подобного не происходило.

– Окей, – произнес Малдер с сомнением в голосе, за которое Мика не мог его винить: он и сам первым делом подумал о семейной ссоре, но быстро отмёл такой вариант. Он хорошо знал Бада. Но агент Малдер-то не знал…

– Так что насчёт каналов? – переспросила Скалли.

– Я думаю, вы правы, мэм, – отозвался Мика. – Телевизоры везде были включены, но я не могу сказать точно насчёт каналов…

Как только он это произнёс, в памяти всплыла картинка.

– Хотя нет, подождите! – зачастил он. – У Хоранов по телеку шёл этот дурацкий мультик, когда я к ним приехал. Ну тот, про говорящих младенцев… Это не тринадцатый канал, это какой-то из кабельных.

Он прошёл к столу и стал просматривать фото в надежде, что какое-то из них пробудит его память. Он не понимал, почему это так важно, но не хотел выглядеть бесполезной дубиной в глазах федералов.

На одной из фотографий дома Домеников запечатлелась достаточная часть экрана, чтобы шериф смог узнать актёра.

– Точно! Тут шла реклама шоу этого парня, Тима Тейлора! Оно идёт по седьмому каналу у меня дома.

– Это не кабельный, – протянул, нахмурившись, Малдер, и Скалли покачала головой:

– Никакой закономерности. Ладно, идём дальше! Малдер, у тебя есть идеи?

– Разное количество человек в семьях, разные расы, религии, способы убийства… Шериф, вы сказали, что один из убийц использовал нож, так?

– Да, Эрл Доменик. Берто Бернал задушил своих родных, пока они спали, потом повесился. Бад Кифер и Карл Хоран стреляли из ружей.

Малдер покачал головой, будто не мог до конца поверить в услышанное.

– Должно быть хоть что-то общее. Какая-то связь…

– А может, её и нет, – отрезала Скалли. – Иногда совпадение – это действительно совпадение, и ничего больше.

*  *  *

После осмотра дома Киферов агент Скалли попросила отвезти её в морг, а агент Малдер вызвался осмотреть вместе с шерифом дома остальных убитых семей. Мика позвонил одному из своих парней, чтобы он забрал Скалли (она ещё и врач, оказывается, и вскрытия сама проводит!), а сам повёз Малдера в дом Берналов. Он был ближе всего, хотя в этих краях близость – понятие относительное.

– Получается, что среди убитых семей – ни одной мормонской. Вы не находите это странным?

Агент стал наседать с вопросами сразу же, как только Мика сел за руль и начал рассекать разбитые, залитые грязью дороги, поднимая колёсами фонтаны брызг.

Шериф пожал плечами.

– Я никогда не интересовался такими вещами.

Краем глаза Мика заметил внимательный взгляд агента.

– Что ж, учитывая, что у вас за пару месяцев было зверски убито четыре семьи… Может, самое время начать интересоваться?

Мика свернул на обочину, заглушил мотор и повернулся к агенту.

– Слушайте, агент Малдер, я, конечно, сам вас вызвал, но…

Малдер поднял руку в примирительном жесте.

– Шериф, я не собираюсь учить вас, как делать вашу работу. Я уверен, вы очень хорошо с ней справляетесь. По крайней мере, ваше решение обратиться к нам за помощью точно говорит в вашу пользу… Но если вы хотите дойти до сути произошедшего, вам придётся немного расширить привычный кругозор. Это ведь не обычное домашнее насилие и не делёж имущества… в общем, не какое-нибудь мелкое дело из тех, что вы каждый день здесь решаете. Даже мы с агентом Скалли не каждый день решаем такие дела, как ваше, хотя мы специализируемся на подобных случаях. Поэтому нужно раздвинуть рамки мышления, отказаться от привычных взглядов на людей и на всю вашу жизнь, чтобы найти истину. Она – где-то рядом. И вы должны по-настоящему хотеть её найти, даже если искать придётся там, где вы никогда и не думали!

Неподдельная увлечённость агента, его искренность и страсть, с которой он выдал эту тираду, сделали самого Малдера как будто моложе лет на десять, и Мика почувствовал, что он волей-неволей поддаётся влиянию агента.

– Ладно, допустим… Что именно может нам дать религиозная принадлежность убитых?

Малдер пожал плечами.

– Может, ничего. А может, всё. Чем больше мы получаем ответов, тем больше возникает новых вопросов, и тем ближе мы к пониманию того, что произошло с этими семьями.

Мика про себя решил, что это, пожалуй, справедливо.

– Здесь есть мормонские общины, но не так много, как в других частях штата. Самые крупные – в районе Бенсона, кажется. Почему именно они вас так интересуют?

– ФБР следит за многими неформальными организациями, и мормонская церковь – одна из них. Многожёнство, замкнутый образ жизни, лидер, который считает себя пророком слова Божьего… Словом, причин хватает для того, чтобы глаз не спускать с этих ребят. Особенно после событий в Уэйко.

– Согласен… Но Дэвид Кореш¹ не призывал убивать людей, не разделяющих его взглядов. Или доводить их до самоубийства… К тому же, многожёнцев в округе точно нет. Кому нужна такая головная боль?

Сейчас он говорил искренне: его бывшая была не просто болью, а ходячей мигренью в блузке с глубоким вырезом и мини-юбке. И будь он проклят, если не скучал по этой заразе вечерами…

– Мы просто возьмём это на заметку. Ничего нельзя исключать. Что-то ведь заставило этих людей убить своих родных!

– Что ж, агент Малдер… Думайте, что хотите, – проговорил Мика, заводя мотор, – но лично я с чистой совестью убрал бы из числа подозреваемых кучку разодетых парней на великах.

– Это только подтверждает мою точку зрения.

– Как так?!

– Людей, которые прилично одеваются и работают на благо общества, настолько много вокруг, что на них перестаёшь обращать внимание. Это же идеальная маскировка!

Интересно, подумал Мика, догадывается ли этот агент о том, что он сейчас фактически описал самого себя?

*  *  *

Дом Берналов

13:02

Дом второй семьи отличался от предыдущего лишь тем, что он был когда-то построен прямо здесь, а не привезён издалека. Берналы держали лошадей, но сейчас их забрали соседи – до тех пор, пока все формальности не будут улажены – и над ранчо зависла неестественная тишина. Не мирное спокойствие дремлющей природы – нет, что-то другое, более глубокое.

Более жуткое.

“Этот Малдер мне все мозги запудрил,” – подумал Мика, стряхивая наваждение.

Хватит идти на поводу у чокнутого федерала. В работе полицейского нет места для подобной чепухи. По крайней мере, в той работе, которая шерифу хорошо знакома…

– Это спутниковая тарелка? – вопрос Малдера вырвал шерифа из размышлений.

– Ага. Тут у нас по-другому не ловит.

– У Киферов ведь тоже была такая, да? А у других семей?

Мика кивнул.

– Это важно?

– Может быть. Моя напарница со мной не согласится, но такое количество смертей в одном месте за короткое время – это точно не совпадение. Две семьи – ещё куда ни шло. Но три – это уже явно происки врага.

Мика уловил намёк на цитату из Яна Флеминга: шериф был фанатом Джеймса Бонда, хотя актёры из последних фильмов – Далтон и кто там ещё – ему не нравились. Он всегда признавал только Мура в этой роли.

– А если четыре?

– Четыре? – повторил Малдер, нахмурившись. – Четыре – это вторжение.

*  *  *

Дом Домеников

16:23

Доменики жили дальше всех от города, за горами Педрегоса. С северной стороны возвышались вершины Суиссхелм, а ещё дальше – острые зазубренные пики Чирикауа. Знаменитый предводитель апачей Джеронимо был родом из этой каменной долины, а округ Кочис был назван в честь другого воина племени, нашедшего здесь свой последний приют.

– Эта земля насквозь пропитана историей, – произнёс Мика, ведя внедорожник по грунтовке. – Сюда приехал Коронадо в поисках Семи Золотых Городов… – он кивнул головой на восток. – Вы ведь слышали о Тумстоуне, верно? О перестрелке у корраля О-кей? Вон там это было, совсем недалеко отсюда…

– Эта земля точно чем-то пропитана, – отозвался Малдер. – Вот только пахнет это совсем не историей.

Мика втянул ноздрями воздух, поступающий из вентиляции.

– Ну, это сельская местность… Навоз – тоже одно из наших богатств.

Стены заросшего тополями каньона расступились, и внедорожник въехал в широкую зелёную долину, которую словно кто-то вырезал из земли огромной ложкой для мороженого. На многие мили вперёд виднелись лишь поля, заборы и редкие группки пасущихся коров.

– Как же чертовски далеко они жили…

– Уже устали от моей компании, агент Малдер?

– Если я отвечу “да”, мне можно будет вернуться домой? – усмехнулся Малдер и выглянул в боковое окно. – В этих местах время как будто остановилось… Здесь вообще пользуются техникой?

– Вы имеете в виду Интернет и мобильники?

– Я имел в виду хотя бы холодильники. Или автомобили, которые не нужно заводить ручкой.

– Ну не такое уж здесь средневековье, агент Малдер. У нас есть спутниковое телевидение и Интернет. Телефонная связь в основном проводная, не сотовая.

– А электричество?

– У нас кооперативная электростанция. Хотя у многих стоят ветряки, просто на всякий случай.

– А если кто-нибудь сломает ногу? Или резко захочет в Старбакс?

Мика ухмыльнулся.

– На этот случай человечество давно изобрело скотч, клей и психиатрическую помощь.

Малдер захохотал, но быстро умолк, когда шериф крутанул руль, сворачивая на грязную, покрытую выбоинами дорогу.

– Чуть не пропустил поворот!

– Я бы не сильно расстроился…

– Агент, я думал, вы хотите увидеть место преступления!

– Я не предполагал, что для этого придётся выезжать из штата!

– Да ладно, – снисходительно отозвался Мика, – до Нью-Мехико отсюда ещё километров пятнадцать, не меньше…

Через несколько минут он остановился перед широкими воротами, откинулся на сиденье и сложил руки на груди.

– Чего мы ждём? – Малдер с лёгким недоумением посмотрел на шерифа.

– Я жду, когда вы откроете ворота.

– Что?

– Открывать ворота – обязанность пассажира, а не водителя.

Малдер поднял брови.

– А если пассажир – официальный представитель федеральных властей?

– Тем более. И вообще, здесь вам лучше громко об этом не кричать, простые люди не любят федералов…

Малдер вздохнул, вышел из машины и направился к воротам.

*  *  *

Дом Хоранов

18:51

Солнце уже начало садиться, когда они подъехали к дому Хоранов. Мика запарковался на грязной подъездной дороге, открыл дверь и вышел из машины, но тут же, пошатнувшись, привалился к горячему капоту: внезапное головокружение застало его врасплох.

– Вы в порядке? – раздался рядом обеспокоенный голос Малдера.

– Здесь… здесь было ужаснее всего, – пробормотал Мика и нервно сглотнул. – Но ничего, я справлюсь. Дайте мне пару минут!

– Не торопитесь, я подожду…

Мика вытер вспотевший лоб.

– Всё в порядке. Давайте уже покончим с этим.

Он отворил входную дверь, пропуская агента в дом.

Внутри всё ещё пахло смертью. Мухи лениво жужжали над толстым ковром, пропитанным кровью.

– Он убил их всех здесь, в этой комнате? – спросил Малдер.

– Не совсем так… По нашей версии, Карл застрелил сначала Мардж – наверху, в их собственной постели. Потом он согнал детей сюда, вниз. Он заставил старшую дочь, Гейл, держать на руках Брианну, самую младшую из всех. Такая хорошенькая малышка, она ещё даже сидеть не умела… Он поставил их всех в ряд к стене и застрелил по очереди, от старшей к младшей.

– Как вы об этом догадались?

– В основном по брызгам крови на стене. Да и вообще, это укладывается в общую картину… Единственное, чего я не знаю – это была ли малышка Брианна первой или последней…

Малдер внимательно изучал каждую деталь обстановки – так же, как он делал это в других домах. Мика не знал, что именно ищет агент. А может, он и не искал ничего, просто пытался мысленно восстановить сцену преступления.

– Это имеет принципиальное значение? – рассеянно уточнил он.

– Думаю, что нет.

Агент махнул рукой в сторону телевизора.

– Когда вы нашли их, телевизор был включен?

– Да. Это у них мультик шёл, по кабельному.

– Может, он специально его включил? Чтобы собрать детей в комнате?

– Агент Малдер, я сомневаюсь, что они могли думать о мультиках после того, как их папаша застрелил маму в спальне.

– Да, точно… А где у них спутниковая тарелка? Я не заметил её, когда мы подъезжали.

– Она с другой стороны дома, повёрнута на юг.

– Окей. Где вы нашли отца?

Мика указал на кровавые следы, ведущие в кухню.

– Пойдёмте, я покажу.

Плиточный пол на кухне был липким от крови. Грязно-рыжие разводы покрывали и ручку стеклянной двери, ведущей на задний двор. Мика взял с раковины старую посудную тряпку (перчаток он с собой не взял) и, обернув ею ручку, толкнул дверь.

Задний двор, в общем, и двором-то не был. Просто кусок голой земли с парочкой кустиков юкки и торчащими кое-где пучками сорняков, которые городские пижоны называют полевыми цветами. Большая часть кровавой лужи впиталась в землю, но у шерифа перед глазами всё равно возникло тело Карла, как если бы оно всё ещё лежало здесь, в грязи, с наполовину снесённым черепом. Он видел его во сне каждую ночь.

– Здесь, – хрипло произнёс он, указывая носком ботинка на то самое место.

Малдер вперился взглядом в землю, словно хотел прочесть на ней тайное послание. Затем он развернулся и посмотрел вверх.

– Это спутниковая тарелка?

Мика вслед за ним поднял голову и посмотрел на круглый диск, прикрученный к стене почти под самой крышей.

– Да, это она.

– В ней дыра…

– Карл выстрелил восемь раз, – с трудом проговорил Мика. – Первый в Мардж, потом по одному в каждого из детей, потом – в спутниковую тарелку и последним снёс себе челюсть.

– Вам это не показалось странным?

– Агент Малдер, когда абсолютно адекватный человек убивает любимую жену и пятерых детей, в которых души не чаял, дыра в спутниковой тарелке не кажется такой уж большой странностью на фоне всего остального… Чёрт побери, разве вам самому никогда не хотелось пустить пулю в экран телека?

– Постоянно хочется, – парировал агент. Его телефон запиликал, Малдер вытащил его из кармана и откинул крышку. – Малдер! – произнёс он в трубку.

Он послушал несколько секунд, затем сделал знак шерифу.

– Скалли, я включу громкую связь?

Он нажал на кнопку и повернул телефон динамиком вверх.

– … гипертрофия миндалевидного тела справа. Только у отца. Ни у жены, ни у детей изменений в головном мозге нет.

– Что это значит? – шериф озадаченно взглянул на Малдера.

– Это значит, шериф, – раздался из динамика голос Скалли, – что одна из ключевых структур мозга, отвечающих за негативные эмоции и агрессию, у мистера Кифера сильно увеличена. Возможно, у остальных троих мужчин были такие же изменения. У меня есть только фотографии с их вскрытий, мне трудно судить…

– Были изменения? – перебил её Малдер. – Ты хочешь сказать, что сейчас их нет?

– Именно. Я не могу этого объяснить, но пока я заканчивала вскрытие, миндалевидное тело регрессировало до почти нормального размера. Это не обычная посмертная атрофия, при ней органы не уменьшаются настолько сильно.

– То есть миндалевидное тело в мозгу Кифера внезапно по какой-то причине начало расти и заставило его перебить всю семью?

– Я этого не говорила, Малдер. Эти изменения у него могли быть с детства. Нет никаких признаков того, что они появились недавно.

– Пока нет.

Скалли не ответила, и Мика уже подумал, не прервался ли звонок. Такое часто бывало здесь, связь барахлила, особенно при плохой погоде.

– Отчего у него могла вырасти эта миндальная штука? – спросил он, подойдя поближе к динамику. – Это что-то типа болезни?

Получается, что Бад просто-напросто был болен, и из-за этого порешил всю семью. Но это не объясняет три остальных случая. Только если у всех четверых была одна и та же болезнь, которая проявилась в одно и то же время – но какова вероятность такого совпадения? Один на миллион.

– Такое бывает, например, при эпилепсии, – снова раздалось из динамика. – У мистера Кифера случались приступы?

Мика нахмурился и покачал головой, запоздало сообразив, что Скалли его не видит.

– Насколько я знаю, нет, – сказал он. – Такие вещи здесь трудно от кого-то скрыть.

Предупреждая следующий вопрос женщины-агента, он поспешил добавить:

– У остальных троих тоже не было никаких приступов…

– Да, Скалли, здесь у нас есть кое-что интересное, – вклинился Малдер. – Хоран продырявил спутниковую тарелку перед тем, как застрелиться.

Повисла пауза.

– Что он сделал?

– Выстрелил в спутниковую тарелку.

– Это и правда… интересно. Но я не вижу связи…

Внезапно рация в кармане шерифа зашипела и выдала задушенным голосом:

– Шериф, к дому Нильсонов, срочно!

– Что случилось, Джози? – отозвался тот. – Можешь отправить туда Дейва? Я тут слегка занят…

– Их дочь только что позвонила в 911. – Джози умолкла на несколько долгих секунд. – Шериф, это снова происходит!

*  *  *

Дом Нильсонов

19:18

Мика влетел на двор к Нильсонам, выбив хлипкие ворота, и выскочил из машины, не заглушив мотора. Малдер хлопнул дверцей с другой стороны и рванул к дому, обегая внедорожник Дейва. Двое помощников шерифа и агент Скалли уже ждали у дома, все с оружием наизготовку.

По дороге Джози рассказала по рации, что дочь Нильсонов и её годовалый братишка были вынуждены спасаться от вооружённого двустволкой отца. Во время вызова связь обрывалась, поэтому больше ничего выяснить не удалось.

Мика знал, что девчонка Нильсонов – Шерри – смышлёный ребёнок. Она наверняка побежит с братом наружу, на заросший бурьяном пустырь за фермой, где двум детям будет легко спрятаться от преследователя. Но он не мог стопроцентно на это рассчитывать, поэтому кивнул своему помощнику, отправляя его к чёрному ходу. Скалли последовала за Дейвом, и через миг они бесшумно исчезли за углом. Шериф с Малдером проскользнули к парадной двери; Мика повернулся к своей второй помощнице:

– Хелен, ты останешься здесь. Пока что всё тихо, но это ненадолго. Следи, чтобы никто, кроме нас, не зашёл и не вышел.

Беглый осмотр дома занял пару минут. Сиси Нильсон лежала на полу перед телевизором – вернее, то, что от неё осталось. Судя по её виду, Пит пальнул по ней из обоих стволов, целясь в живот: Мике показалось, что верхнюю часть тела Сиси связывают с нижней лишь кровавые обрывки внутренностей.

Хорошей новостью было то, что жертва пока всего одна. Нильсоны были молодой семьёй, и совсем недавно переехали сюда. В коридоре под полупустыми книжными полками всё ещё стояли не распакованные коробки с вещами…

Телевизор был включен, но показывал только белый шум. Судя по разбросанным вокруг брошюрам и запакованному в плёнку пульту, спутниковое телевидение установили только сегодня.

Что-то странное было в этом белом шуме. Чем больше Мика в него всматривался, тем больше ему казалось, что он различает за помехами смутные движущиеся фигуры.

Чёртов телек, подумал он с внезапной злостью. Всё дерьмо в мире происходит из-за этого тупого ящика. Преступления, насилие, бесконечная погоня за ненужными шмотками… Шерифа затошнило, кровь застучала в висках. Злость захлестнула так сильно, что захотелось кого-нибудь при…

– Шериф, что с вами?

Интонация, с которой Малдер это произнёс, заставила Мику оторваться от экрана; он повернул голову ровно настолько, чтобы увидеть направленный на него пистолет агента.

А через секунду обнаружил, что сам целится Малдеру прямо в лоб.

– Что за?.. – он поспешно опустил пистолет. Малдер сделал то же самое, потом быстро обошёл тело Сиси и выключил телевизор, не спуская глаз с шерифа.

– Что сейчас произошло? – спросил он.

Мика растерянно покачал головой.

– Я… я точно не знаю. Я смотрел на экран, и мне вдруг показалось, что там есть какая-то картинка, но чем больше я пытался её рассмотреть, тем сильнее чувствовал раздражение… и даже злость.

Малдер кивнул с таким видом, будто в словах Мики не было абсолютно ничего странного. Даже наоборот: он, казалось, услышал именно то, что ожидал.

– Господи, агент Малдер, что же здесь происходит?

– У меня появилась одна идея, и я подозреваю, что Господь здесь ни при чём…

Они обернулись на звуки шагов: Дэйв и Скалли появились со стороны чёрного хода.

– Здесь никого, кроме нас, – отметил и без того очевидный факт помощник шерифа. Он глянул на Сиси и поспешно отвернулся с гримасой отвращения. Но надо отдать ему должное, смог сдержаться и не блевануть.

– Это если считать живых! – поправил его Малдер, заработав сразу два свирепых взгляда: от Скалли и от шерифа.

Но прежде чем кто-то из них успел ответить, снаружи донеслись один за другим два выстрела.

Святые угодники, только бы не пришлось считать мёртвых…

*  *  *

Малдер выскочил из дома первым и остановился, озираясь, на заднем дворе. Эхо от выстрелов всё ещё металось между домом и холмами, окружившими долину. Мика догнал агента и хлопнул по плечу:

– Туда!

Шерри всё-таки оказалась умницей. За амбаром начинался огороженный выгон, заброшенный с тех пор, как жена прежнего владельца упала с лошади, переломав себе позвоночник. Они переехали в Туксон, поближе к благам цивилизации и медицины, а выгон пустовал почти два года, пока Нильсоны не купили эту ферму.

По ту сторону выгона простирались сотни акров дикой пустыни.

На месте девочки Мика побежал бы туда, а потом свернул бы на юг, к ближайшим фермам. Он молился, чтобы Шерри поступила именно так. Более того, он отчаянно надеялся на то, что эта увеличенная хрень в мозгу – если у Пита она есть – помешает ему прийти к такому же решению.

Он окинул взглядом остальных: все вооружены, так же, как и он. Хелен по-прежнему охраняла парадный вход: его вторая помощница отстояла бы свой пост ценой жизни, получи она такой приказ.

Грязная грунтовка привела их к амбару, за которым простиралось море бурьяна: амарант, мескитовые деревья, креозотовые кусты, переплетаясь ветвями, подступали прямо к забору. Ворота были прикрыты, но не заперты, и Мика, сняв цепь, потянул створку на себя. Раздался ужасающий скрип: на скрытность теперь можно было не рассчитывать.

– Пит! – заорал шериф. – Это Мика! Давай поговорим, пока ты не натворил чего-нибудь, о чём будешь жалеть!

В зарослях никого не было видно, но до шерифа донёсся возмущённый хриплый возглас – и сразу же прогремел выстрел. Хрустнули примятые сорняки: преследователи, все как один, бросились на землю.

Мика вскинул руку с пистолетом и прицелился в направлении звука, не кладя палец на спусковой крючок. Кто-то рядом с ним не проявил такого терпения: следующий выстрел взрезал тишину прямо над ухом у шерифа.

Он обернулся и увидел Дейва, который вновь готовился стрелять.

Вообще-то Дейв был хорошим копом, но иногда проявлял излишнюю горячность; Пит, должно быть, сильно разозлил его своей пальбой.

– Дэйв! Не стрелять!

– Но…

– Он не в себе, Дейв! Нам нужно взять его живым, чтобы понять, что, чёрт возьми, с ним происходит!

– Там двое детей, шериф, – напомнила Скалли. – Если он доберётся до них раньше, чем мы его возьмём…

– Не доберётся!

Мика поднялся и стал продираться через сухие кусты – с шумом и треском, чтобы отвлечь внимание Пита от детей.

Ему удалось.

Нильсон стоял в сорока ярдах впереди, и тупо глядел на полицейских. Его нижняя челюсть отвисла, лоб был изборождён глубокими морщинами. Он выглядел как потерявшийся ребёнок, не знающий, у кого спросить дорогу.

– Пит, – произнёс шериф как можно более спокойным тоном, – Почему бы тебе не опустить эту штуку? Давай поговорим…

Подбородок Нильсона дёрнулся, из уголков рта потекли струйки слюны; но Пит не издал ни звука. Его руки по-прежнему крепко стискивали двустволку.

– Пит, – снова попытался Мика. – Ты…

Короткий отчаянный вопль донёсся из-за спины Пита, нарушив хрупкое равновесие. Там, вдалеке, мелькнула маленькая фигурка Шерри: она пыталась выпростать руку из спутанных колючих веток, другой ладошкой зажав себе рот. Но, судя по выражению ужаса в её глазах, она понимала: дело сделано.

Нильсон уже разворачивался, вскидывая двустволку. Это происходило будто в замедленной съёмке и на двойной скорости одновременно. Нильсон прижал двустволку к плечу и прицелился в дочь. Шерри тщетно пыталась освободиться от опутавших руку ветвей, но длинные колючки мескитового дерева – серьёзная ловушка даже для взрослого человека.

Мика взвёл курок, то же сделал за его спиной Дейв. Малдер и Скалли, наверное, тоже: звуки выстрелов слились в один оглушительный аккорд, и Мика не решился обернуться, чтобы проверить.

Тело Нильсона задёргалось от разрывающих его пуль. Двустволка выпала из рук, и Пит повалился лицом в кустарник. Шерри закричала так, будто наступил конец света.

Наверное, для неё так и было.

*  *  *

– …это просто смешно, Малдер!

Ещё сутки назад Мика согласился бы с агентом Скалли, но теперь… Теперь идея Малдера казалась вполне разумной. Разумнее всего, что было в этом деле.

Она объясняла и включенные телевизоры, и простреленную насквозь спутниковую тарелку Карла Хорана, и даже странный приступ ярости, который случился с самим шерифом, когда он пялился в тот экран.

“Если долго смотреть в бездну…”

Он тряхнул головой, отгоняя дурацкие мысли, и сосредоточился на дороге. Пустая философия не раскроет это дело. А вот профессиональное чутьё агента Малдера – вполне может.

Его теория звучала так: через спутниковые антенны передаются какие-то сигналы, которые воздействуют на человеческий мозг и провоцируют в людях неуправляемую агрессию. Малдер связался с коллегами из Квантико и узнал, что все пострадавшие семьи заключили договор с одним и тем же подрядчиком. Здесь, в сельской местности, не было офисов крупных компаний – установкой и обслуживанием тарелок занимался местный предприниматель, к дому которого они сейчас и ехали. Может, хоть там найдутся какие-то ответы. Где-то же должен быть источник сигналов, о которых говорит агент Малдер!

Конечно, надо было ещё разобраться в том, кто и зачем посылает эти сигналы. Мнения агентов разделились, и у шерифа возникло впечатление, что спор между ними идёт уже давно.

– Малдер, даже если эти убийства связаны со спутниковыми сигналами, это не значит, что за ними стоит чей-то злой умысел. Теории о влиянии высокочастотных радиоволн на мозговые функции уже давно обсуждаются учёными.

– О таких случаях, как наш, учёные вряд ли слышали…

– И тем не менее возможность такого влияния не исключается…

– Но и не подтверждается!

– То есть ты считаешь, что это какой-то заговор? – тон Скалли внезапно стал острым, как бритва.

– Ну, отсюда недалеко до Форта Хуачука. Там проводят разные эксперименты с радиоволнами и прочим… – Мика увидел в зеркале, как агент поднял руку в примирительном жесте. – Но это всего лишь одна из идей, и она действительно не самая лучшая. На самом деле я думаю, что правительство тут ни при чём. За этими атаками стоит более опасный и непредсказуемый противник…

– Атаками?! Малдер…

– Что за противник? – в первый раз вмешался Мика, чувствуя себя ребёнком меж ссорящихся родителей, и тут же поймал в зеркале серьёзный взгляд Малдера.

– Пришельцы.

*  *  *

Дом Болтакса

20:37

Купер Болтакс жил в долине, испещрённой фермами, силосными башнями и кукурузными полями.

– Здесь вообще ничего не выращивают, кроме кукурузы? – поинтересовался Малдер у шерифа, глядя в окно внедорожника.

– Ну почему же, ещё коров на говядину… Пастбища большие, на всех хватает.

– То есть эта кукуруза даже не пойдёт на корм для местных коров. Её увезут на грузовиках куда-то за сотни миль отсюда, чтобы накормить других животных. И в то же время некоторые фермеры выращивают кукурузу на продажу для соседей…

– Малдер, только не начинай опять развивать свою кукурузную конспиративную теорию…

– Это типа “коРнспирация”? – ввернул, ухмыльнувшись, Мика.

В салоне повисло молчание. Шериф затылком почувствовал испепеляющий взгляд Скалли, в то время как Малдер снова отвернулся к окну. Уголок его рта еле заметно подёргивался.

Мика сосредоточился на грунтовке, виляющей среди полей. Недалеко от дороги трое стервятников клевали кроличий труп.

Шериф почувствовал, что хорошо понимает беднягу кролика.

Жилище Болтакса обнаружилось за полями, в неухоженных землях. Это был старый трейлер, настолько потрёпанный и разбитый, что его опоры (если они вообще когда-то были), наверное, не выдержали унижения и сбежали. Теперь его подпирали неровные стопки покрышек; стены покрывала полувековая ржавчина, а все окна, выходящие на дорогу, были забраны приклеенными скотчем пластиковыми листами.

И всё пространство вокруг трейлера было занято спутниковыми тарелками.

Десятки тарелок разных размеров и внешнего вида были прикручены к стенам, крыше, или стояли просто так на земле.

– Что за?… – вырвалось у шерифа.

– Вот этот человек любит свою работу! – присвистнул Малдер.

– Чересчур сильно, – покачала головой Скалли. – Если все эти антенны работают, представляешь, какому воздействию подвергается их хозяин? Вспомни самый сильный солнечный ожог, какой был у тебя в жизни, и представь, что-то же самое происходит с твоим мозгом…

Мика припарковался и заглушил мотор. Когда он открыл дверь, кожу на руках и шее защекотало: волосы встали дыбом.

– Статическое электричество… – пробормотал он.

– Электромагнитное излучение, – поправил его Малдер. – Давайте не будем здесь надолго задерживаться.

– Вы знакомы с мистером Болтаксом, шериф? – спросила Скалли.

– Это большой округ, агент. Людей не так много, но все живут далеко друг от друга. Я не всех знаю… – он нырнул обратно в машину и нажал на клаксон. – Мистер Болтакс, это окружной шериф! Мне нужно с вами поговорить!

– Вот так вы здесь стучитесь в дверь? – Малдер поднял брови. – Современный подход!

– Чёрт, агент Малдер, мне не нужны лишние проблемы! Если этот Болтакс не пьян, не обкурен и не мёртв, он уже увидел, что мы здесь. А судя по его жилищу, он там внутри точно чем-то балуется. Мне сейчас совсем не хочется разбираться с его травкой или метом, или чем там ещё… Лучше, если мы с вами не будем знать об этом вообще. У нас здесь проблемы похлеще!

– Да, но…

Неизвестно, что хотел сказать Малдер: его прервало появление Купера Болтакса.

Этот человек весил, наверное, три сотни фунтов, и большая часть из них была неприкрыта. На нём была белая майка, выглядевшая, как парус морского судна после пушечного сражения в ураган. Внизу, под огромным животом, вроде бы проглядывали тёмные шорты, но шериф не был в этом до конца уверен.

Болтакс почесал грудь (”Ракушками оброс, наверное, – подумал Мика, – или у него в этой шерсти кто-то завёлся…”) и слегка пошатнулся, спускаясь по хлипкому крыльцу. Весь трейлер целиком накренился под его весом и со скрежетом выпрямился обратно, когда Болтакс ступил на землю. Толстяк окинул взглядом шерифа, агентов, неопределённо дёрнул плечом и стал разворачиваться, чтобы уйти обратно в трейлер.

– Мистер Болтакс! – окликнул его Малдер. – Мы из Федерального Бюро Расследований! Нам нужно с вами поговорить!

Болтакс остановился и медленно развернулся обратно лицом к агентам.

– ФБР? Серьёзно? Без дураков? – осведомился он.

– Да, мистер Болтакс, – осторожно ответила Скалли. Трое служителей закона двинулись вперёд, словно пытаясь окружить бродячую собаку и при этом не спугнуть её. – Уделите нам пять минут, пожалуйста. Мы хотим поговорить…

– О чём?

– Ну… вот об этом, – Скалли обвела рукой двор, заполненный спутниковыми тарелками. – И ещё у нас есть вопросы о некоторых ваших заказчиках.

– Я не могу о них рассказывать, – он запустил пятерню в короткие, тёмные с сединой, волосы, словно подстриженные газонокосилкой. Его подбородок оброс щетиной, а на руках и ногах был отчётливо виден слой давнишней грязи.

Мика всё больше и больше уверялся в мысли, что этот тип не в себе.

– Почему не можете? – спросил Малдер.

– Правила конфи… конфиди… секретности.

– Мы не будем её нарушать, – мягко сказала Скалли. – И не будем просить вас свидетельствовать в суде, мы просто хотим…

Малдер, который вот уже с полминуты крутился возле пары больших тарелок, перебил её.

– Здесь написано “SETI”², – он ткнул пальцем в лейбл на одной из них. – Это действительно так? Это настоящая тарелка SETI?

– Конечно, – ответил Болтакс. Эта тема для разговора ему явно нравилась больше. – У меня есть SETI, НАСА, все ТВ- и Интернет-провайдеры. Передатчики, приёмники – всё, что пожелаешь. Постоянно что-то передаётся и что-то принимается.

– А это не опасно? – снова вмешалась Скалли. – Такое сильное излучение?

Болтакс расплылся в довольной улыбке. Зубов у него было немного.

– Опасность – это часть нашей жизни, ведь так?

– Да, частенько, – в замешательстве ответил Мика.

– Мы можем зайти к вам ненадолго? – продолжил наступление Малдер. – Здесь довольно жарко, а мне бы хотелось взглянуть на ваше оборудование…

Болтакс метнул быстрый взгляд на открытую дверь трейлера и слегка подался вперёд, сжав кисти – не в кулаки, но близ того. Он не хотел пускать их внутрь, в этом у шерифа не было никаких сомнений.

– О ком из моих клиентов вы хотели поговорить?

– О Нильсонах, – быстро ответил Мика, – Киферах, Хоранах, Домениках и Берналах.

Лицо Болтакса потемнело так стремительно, будто над ним набрякла грозовая туча.

– Я не могу, – буркнул он. – Мне надо идти.

Малдер осторожно пробирался к трейлеру за спиной у Болтакса, и Мике пришлось отвлечь его внимание ещё ненадолго.

– Сэр, я забыл вам сказать, что за эту информацию полагается денежное вознаграждение…

Глаза Болтакса расширились, брови взлетели вверх.

– Да-а?

Мика почувствовал, что встал на тонкий лёд. Он фактически соврал свидетелю перед лицом двух федеральных агентов. Конечно, городские копы иногда приукрашивали факты, чтобы вытянуть информацию из допрашиваемых, но не так, как это сделал сейчас Мика. Он не мог усугублять свою ложь рассказами о несуществующем вознаграждении, но Болтакса всё ещё надо было забалтывать.

– Возможно. Иногда в случае серьёзной опасности люди объединяются и организуют общественные фонды, чтобы побыстрее разобраться и найти ответы на все вопросы. А у вас, насколько я могу судить, кое-какие ответы уже имеются… Мне бы хотелось узнать, насколько ваша информация может быть полезной.

– Я ничего не знаю! – опять упёрся Болтакс. – Уходите!

– Хорошо, уйдём через минуту, – согласился Мика.

– Мистер Болтакс, – присоединилась Скалли, – Мы действительно просто…

– А где третий парень? – вдруг встрепенулся Болтакс и развернулся с совершенно неожиданной прытью. – Не-е-ет! – заорал он, увидев Малдера на ступенях трейлера. – Вон отсюда!

По виду Малдера было ясно, что он в ужасе – то ли от того, что успел увидеть в трейлере, то ли от вида огромного разъярённого толстяка, прущего прямо на него. Рука агента привычно схватилась за рукоять пистолета, но использовать его сейчас – всё равно что пытаться остановить несущегося носорога голыми руками… В последний момент Малдер выбрал компромиссный вариант и соскочил с крыльца как раз перед тем, как Болтакс достиг входа. Здоровяк выбросил руку вбок, мощным ударом отправил агента в грязь и исчез в проёме двери. Оскальзываясь в попытках подняться на ноги, Малдер заорал шерифу и Скалли:

– Уходите! Быстро!

Его лицо и голос ясно сказали Мике, что времени на вопросы нет, и он рванул с места к внедорожнику. Скалли сделала то же самое, Малдер догнал их через секунду. Взрывная волна ударила в спину и едва не сбила шерифа с ног; рядом с ним Скалли ухватилась за капот внедорожника, чтобы не упасть.

Пламенеющие куски трейлера, электроники и Болтакса взметнулись в воздух и просыпались грохочущим дождём на землю. “Повезло, что тут одна только грязь, – тупо подумал шериф, – была бы трава, сгорело бы всё к чертям на несколько миль вокруг…”

– Ты в порядке? – одновременно спросили Малдер и Скалли и обменялись нервными улыбками.

– Там внутри были канистры с бензином, соединённые проводами, – хрипло сообщил Малдер, отряхивая костюм. – Как только он вошёл внутрь, он, должно быть, активировал детонатор. Ему очень сильно не хотелось показывать нам, чем он занимается…

– Ты успел увидеть что-то полезное? – отводя глаза от обломков трейлера, спросила Скалли.

– Я увидел всё, – тихо произнёс Малдер. – Шериф, вы знаете, что такое SETI?

– Нет, не слышал…

– Это проект по поиску внеземных цивилизаций. Масштабная научная программа, цель которой – услышать голос вселенной, найти признаки жизни на других планетах. Она длится уже несколько десятилетий.

– Малдер… – в голосе Скалли было больше усталости, чем протеста. Она выглядела такой же измученной, каким ощущал себя шериф.

– Ты не видела, что было в трейлере, Скалли. Эти данные на мониторах… трейлер был напичкан передатчиками, приёмниками, ещё какой-то электроникой… Этот парень обнаружил что-то интересное, Скалли. Что-то нездешнее. И он транслировал это своим заказчикам! Шериф, вы же помните тот телевизор? Какие чувства он вызвал у вас?

– Ярость. И желание кого-нибудь убить.

– Точно! Если бы кто-то захотел ослабить защитные силы землян, разве мог он найти лучший способ, чем призвать нас поубивать друг друга через устройство, которое есть в каждом доме?

– А если бы кто-то слишком долго работал с опасной техникой и сошёл с ума от бешеного количества излучения, – добавила Скалли, – то мог бы начать передавать по ТВ сигналы, которые при большом желании можно принять за инопланетные…

Агенты снова начали препираться, а у шерифа не было ни времени, ни сил на то, чтобы их слушать.

– Послушайте, у меня впереди тяжёлый вечер, если не вся ночь. Надо всё здесь убрать, оформить кучу бумажек, придумать нормальное объяснение всему этому безумию для отчёта… Если вам тут больше ничего не нужно, я бы отвёз вас в аэропорт. Если только вы не планируете задержаться. В городе есть парочка неплохих отелей…

– Нет! – хором выкрикнули агенты.

– Нет, спасибо, – продолжила Скалли с извиняющейся улыбкой. – Думаю, нам здесь больше нечего делать.

– Согласен, – поддакнул Малдер. – В аэропорт – так в аэропорт!

Мика хихикнул. Ну хоть в чём-то эти двое друг с другом согласны…

И подумал, что надо бросать эту работу, пока ещё какая-нибудь хрень не приключилась.


Примечания

¹  Дэвид Кореш – американский религиозный деятель, лидер мормонской секты (прим. перев.)

² SETI – Search for Extraterrestrial Intelligence, научная программа поиска внеземных цивилизаций (прим. перев.)

Копирование текста и размещение рассказа без указания ссылок на автора и Русский Портал X-Files запрещено.

Хотите присоединиться к команде переводчиков официальных рассказов «Секретных материалов»? Напишите нам: https://vk.com/im?sel=-22800546

Leave a reply

You must be logged in to post a comment.

Вход для агентов

Логин

События 2019

  • 3 июня - Коллекционное издание фильмов X-Files на Blu-Ray в России
  • 7 августа - День рождения Дэвида Духовны
  • 9 августа - День рождения Джиллиан Андерсон
  • 26 августа - День рождения композитора Марка Сноу
  • 10 сентября - 26 лет со дня премьеры сериала
  • 3 октября - 21 год со дня премьер сериала на канале ОРТ
  • 13 октября - День рождения Криса Картера
  • 18-20 октября - Комикон Walkerstalker с Аннабет Гиш, Митчем Пиледжи, Ником Ли и Уильямом Дэвисом
  • 5 ноября - День рождения Роберта Патрика

Видео недели

Анонс 11х10...

Новое в Twitter

Последние комментарии

Случайная цитата

Если сестра станет твоей тетей, а мать выйдет за дядю, то ты сам себе будешь дедом.

Фокс Малдер
(Synchrony)